Неточные совпадения
Чичиков задумался. Что-то странное, какие-то неведомые дотоле, незнаемые чувства, ему необъяснимые, пришли к нему: как будто хотело в нем что-то пробудиться, что-то подавленное из
детства суровым, мертвым поученьем, бесприветностью скучного
детства, пустынностью родного жилища, бессемейным одиночеством, нищетой и бедностью первоначальных
впечатлений, суровым взглядом судьбы, взглянувшей на него скучно, сквозь какое-то мутно занесенное зимней вьюгой окно.
Она говорила свободно и неторопливо, изредка переводя свой взгляд с Левина на брата, и Левин чувствовал, что
впечатление, произведенное им, было хорошее, и ему с нею тотчас же стало легко, просто и приятно, как будто он с
детства знал ее.
Первое время деревенской жизни было для Долли очень трудное. Она живала в деревне в
детстве, и у ней осталось
впечатление, что деревня есть спасенье от всех городских неприятностей, что жизнь там хотя и не красива (с этим Долли легко мирилась), зато дешева и удобна: всё есть, всё дешево, всё можно достать, и детям хорошо. Но теперь, хозяйкой приехав в деревню, она увидела, что это всё совсем не так, как она думала.
Широко раскрыв глаза, он злобно глядел в темноту: воспоминания
детства не имели власти над ним, да к тому ж он еще не успел отделаться от последних горьких
впечатлений.
Проходя практически каждый географический урок, я переживаю угасшее, некогда страстное
впечатление, какое рождалось с мыслью о далеких странах и морях, и будто переживаю
детство и юность.
В
детстве у меня не было радостных и пленяющих
впечатлений от православной церковной службы, которые остаются на всю жизнь.
Если бы он стал подробнее анализировать свое чувство, он легко мог прийти к тому выводу, что
впечатление носило довольно сложное происхождение: он смотрел на девушку глазами своего
детства, за ее именем стояло обаяние происхождения…
Отпевание произвело на князя
впечатление сильное и болезненное; он шепнул Лебедеву еще в церкви, в ответ на какой-то его вопрос, что в первый раз присутствует при православном отпевании и только в
детстве помнит еще другое отпевание в какой-то деревенской церкви.
Сны занимали в
детстве и юности значительную часть моего настроения. Говорят, здоровый сон бывает без сновидений. Я, наоборот, в здоровом состоянии видел самые яркие сны и хорошо их помнил. Они переплетались с действительными событиями, порой страшно усиливая
впечатление последних, а иногда сами по себе действовали на меня так интенсивно, как будто это была сама действительность.
Счастливая особенность
детства — непосредственность
впечатлений и поток яркой жизни, уносящий все вперед и вперед, — не позволили и мне остановиться долго на этих национальных рефлексиях… Дни бежали своей чередой, украинский прозелитизм не удался; я перестрадал маленькую драму разорванной детской дружбы, и вопрос о моей «национальности» остался пока в том же неопределенном положении…
У крыльца ждал его лихач-рысак. Мы сели; но даже и во весь путь он все-таки не мог прийти в себя от какой-то ярости на этих молодых людей и успокоиться. Я дивился, что это так серьезно, и тому еще, что они так к Ламберту непочтительны, а он чуть ли даже не трусит перед ними. Мне, по въевшемуся в меня старому
впечатлению с
детства, все казалось, что все должны бояться Ламберта, так что, несмотря на всю мою независимость, я, наверно, в ту минуту и сам трусил Ламберта.
Но человек часто думает ошибочно: внук Степана Михайловича Багрова рассказал мне с большими подробностями историю своих детских годов; я записал его рассказы с возможною точностью, а как они служат продолжением «Семейной хроники», так счастливо обратившей на себя внимание читающей публики, и как рассказы эти представляют довольно полную историю дитяти, жизнь человека в
детстве, детский мир, созидающийся постепенно под влиянием ежедневных новых
впечатлений, — то я решился напечатать записанные мною рассказы.
Смех, который можно было слышать во время его
детства при каждом особенно ярком новом
впечатлении, теперь раздавался все реже и реже.
Что из всего чтения произвело на меня самое сильное
впечатление в
детстве: сказка в стихах «про воробья, который делал в жизни все, что мог».
— Хоть бы один раз во всю жизнь судьба потешила! — начал он. — Даже из
детства, о котором, я думаю, у всех остаются приятные и светлые воспоминания, я вынес только самые грустные, самые тяжелые
впечатления.
Луша с светлым инстинктом
детства отстаивала неприкосновенность своего крошечного мирка, может быть слишком рано выкроившегося из пестрой смеси самых разнообразных
впечатлений.
Доктора сказали, что у Федора душевная болезнь. Лаптев не знал, что делается на Пятницкой, а темный амбар, в котором уже не показывались ни старик, ни Федор, производил на него
впечатление склепа. Когда жена говорила ему, что ему необходимо каждый день бывать и в амбаре, и на Пятницкой, он или молчал, или же начинал с раздражением говорить о своем
детстве, о том, что он не в силах простить отцу своего прошлого, что Пятницкая и амбар ему ненавистны и проч.
В воспоминаниях его раннего
детства играл роль горбун и, быть может, антипатия к ним и была
впечатлением, произведенным на его детский мозг этим первым, встреченным им в своей жизни горбуном.
Мысли его переносятся на эти
впечатления, а вместе с ними восстают в его памяти, отходящие перед главными эпизодами в туманную даль, картины раннего
детства и легкие абрисы окружавших его людей.
Вероятно, когда-нибудь еще в
детстве, будучи дворовым, босоногим мальчишкой, случилось ему увидать красиво одетого барина с тросточкой и плениться его уменьем вертеть ею, и вот
впечатление навеки и неизгладимо осталось в душе его, так что теперь, в тридцать лет от роду, припомнилось все, как было, для полного пленения и прельщения всего острога.
Великопостная служба, так знакомая еще с далекого
детства, в родительском доме, торжественные молитвы, земные поклоны — все это расшевеливало в душе моей далекое-далекое минувшее, напоминало
впечатления еще детских лет, и, помню, мне очень приятно было, когда, бывало, утром, по подмерзшей за ночь земле, нас водили под конвоем с заряженными ружьями в божий дом.
Я видел его таким в моем
детстве, что случилось много лет позднее того времени, про которое я рассказываю, — и
впечатление страха до сих пор живо в моей памяти!
Именно, как ребенок, с его неисчерпанною полнотою восприятия
впечатлений жизни, Гомер жадно наслаждается всем, что вокруг, все для него прекрасно — и стол, и кубок, и богиням подобная рабыня Гекамеда, и какая-то гадость из лука, меда и ячной муки, наверно, не более вкусная, чем те маковки и рожки, которые мы с таким непонятным наслаждением поедали в
детстве.
Но когда я услышала это пенье (пенье от него, от которого так невозможно было ожидать чего-нибудь подобного), которое поразило меня такой неожиданностью, что я осталась на месте как прикованная, когда в ту же минуту сходство напомнило мне почти такое же мгновение моего
детства, — тогда, не могу передать, какое язвительное
впечатление кольнуло мне сердце.
Время, с которого я начинаю себя хорошо помнить, оставило во мне резкое и грустное
впечатление; это
впечатление повторялось потом каждый день и росло с каждым днем; оно набросило темный и странный колорит на все время житья моего у родителей, а вместе с тем — и на все мое
детство.
Это
впечатление зародилось в
детстве и уже никогда не изглаживалось.
Эта катастрофа тесно связана не только с первыми
впечатлениями моего
детства, но даже и со всею моею жизнью.
Но прежде я должна объяснить, что такое было мое
детство и что такое был для меня этот человек, который так мучительно отразился в первых моих
впечатлениях и который был причиною смерти моей бедной матушки.
Я выходила из
детства, во мне уж сформировалось много новых
впечатлений, наблюдений, увлечений, догадок; ясно, что загадка, бывшая в этом семействе, все более и более стала мучить меня.
Он слишком сильно отразился в первых
впечатлениях моего
детства, так сильно, что эти
впечатления имели влияние на всю мою жизнь.
Княжна задумалась под
впечатлением услышанной новости: жаль ей стало Якова, которого она с самого раннего
детства привыкла считать за родного.
То, что было декоративною частью сада и что сам Песоцкий презрительно обзывал пустяками, производило на Коврина когда-то в
детстве сказочное
впечатление.
Замечено, что
впечатления, какие мы получаем в
детстве, бывают всегда чрезвычайно сильны, живы и долговечны, оставляя в душе неизгладимые следы на всю последующую жизнь.
В ту минуту он так могущественно проявлял свои разрушительные силы и ничтожность, беззащитность человеческой природы, так явно изобличалась и чувствовалась мною, что я не мог оставаться спокойным; притом я в
детстве был напуган громом и тогда еще не освободился от этого тяжелого
впечатления.
Все это было уже давно, во времена моего далекого
детства, но и до сих пор во мне живы
впечатления этого дня. Я будто вижу нашу площадь, кишащую толпой, точно в растревоженном муравейнике, дом Баси с пилястрами на верхнем этаже и с украшениями в особенном еврейском стиле, неуклюжую громоздкую коляску на высоких круглых рессорах и молодые глаза старого цадика с черной, как смоль, бородой. И еще вспоминается мне задорный взгляд моего товарища Фройма Менделя и готовая вспыхнуть ссора двух братьев.
Милое
впечатление Наташи, которую он знал с
детства, не могло соединиться в его душе с новым представлением о ее низости, глупости и жестокости.